Природа Байкала |
РайоныКартыФотографииМатериалыОбъектыТурыИнтересыИнфоФорумыПосетители

Природа Байкала

Передо мной лежит старая выцветшая телеграмма, вот её текст:

5-го 13 час. 19 мин.

СРОЧНАЯ ИРКУТСК БУЛЬВАР ПОСТЫШЕВА 16 КВ 99

ЛУЗЯНИНУ

АРШАНА БУР 161 27 5 1133

ЗАСТИГНУТЫЕ СНЕЖНЫМ БУРАНОМ ЗАМЕРЗЛИ ВОСХОЖДЕНИИ

СОАН-2Б НАРЫШКИН РАЖЕВА ПРОПАЛ НЕИЗВЕСТНО МАКСИМОВ

ВЫСЫЛАЙТЕ СПАСОТРЯД ЖДЕМ ВОЗЛЕ СТОЛОВОЙ АРШАНЕ

ФИЛИППОВА

И ещё текст записки, которую мы взяли на месте временного захоронения погибших:

Здесь похоронены альпинисты с/к «Ангара»

Нарышкин Г. Н. 1938 г.

Максимов В. М. 1939 г.

Ражева Л. 1947 г.

Погибли в снежном буране при спуске с в. СОАН

3.7.72 г.

Евгений Лузянин был в то время председателем Иркутской областной федерации альпинизма. Увы, его уже нет.

Оба этих документа сохранились у меня потому, что я в то время был председателем областной альпинистской секции ДСО «Труд» и участвовал в спасательных (как позже выяснилось транспортировочных) работах и в комиссии по расследованию несчастного случая.

Когда Тамара Филиппова давала телеграмму, она ещё не знала, что после её ухода в Аршан, ребята нашли Максимова сидящим на камне не далеко от палатки. Он был мёртв.

Я уже не помню всех подробностей, но очень быстро собрали ангарских и иркутских альпинистов, транспорт дал Ангарск. Выехали в ночь до поляны лесничихи. Утром начали подъём. Поднялись по левой Зун-Хандагайке до входа в короткий (2 км) цирк образованный двумя «рогами» отрогов от в. СОАН. Женщины остались ставить лагерь, а остальные продолжили подъём. На верхнем озерце под стеной СОАНа есть большой камень, вот у его стенки и лежали тела погибших закрытые палаткой придавленной камнями.

Потом был долгий процесс помещения тел с хлороформом в полиэтиленовые рукава, потом в спальники и одеяла и крепление к шестам. В связи с этим вспоминаю эпизод врезавшийся мне в память.

Мы выносили из под Коштан-Тау (альплагерь «Безенги») девушку, погибшую при падении в трещину ледника. Положили её в спальник, завернули в «перкальку» и начали плести корзину для транспортировки волоком по леднику. Когда дошли до головы заминка. Трудный момент.

Ещё вчера вечером она (Таня) смеялась и пела вместе с нами и вот..

Битый, перебитый, мудрый инструктор уловил напряжённость и командным голосом сказал: «Ребята, затягиваёте изо всех сил. Ей не больно». Вот и здесь нелегко было ребятам, которые упаковывали тела.

Наконец всё готово. Разбились на шестёрки. Просунули через шест ремни от обвязок, образовав петли, которые через голову одели на плечи и по трое с каждой стороны начали движение. Если кто-нибудь думает, что вшестером легко, сильно ошибается (смотрите фото). Среди нас слабаков не было, но как трудно давался нам этот путь. Положение усугублялось тем, что мы в один заход в высоком темпе от поляны лесничихи, примерно 900 м, поднялись под стену СОАНа – 2500 м. Движение по крутой крупной осыпи изматывало нас. Мы почти падали через каждые 50-60 метров. Наконец, поняв, что до темноты не успеем спуститься до базового лагеря, оставили тело, это был Гена Нарышкин, я его хорошо знал. Утром совершенно отдохнувшие мы продолжили транспортировку, но теперь до передышки проходили 200-300 метров. Дошли до стрелки. Не помню почему, но отсюда появилась у всех трёх групп сменная шестёрка и дело пошло быстро. Примерно к середине дня уже пришли на поляну, погрузили тела и поехали кто в Ангарск, кто в Иркутск.

Теперь о том, как же всё это случилось. Всё что я здесь рассказываю, я знаю из рассказов Виктора Никонова, Тамары Филипповой и Толи Черемных. Прошло много лет, кое-что забылось, а что-то и перепуталось.

Не судите строго.

Две группы ангарчан подошли под СОАН чтобы совершить восхождение по двум маршрутам: по стене 4Б и по ю-в ребру 2Б летн.

Группы начали восхождение при чудесной погоде. Ничего не предвещало возвращение зимы. В группе по 2Б кроме погибших была Тамара Филиппова самая сильная и опытная альпинистка. Группа оделась по летнему!!! Кажется, когда зашли на вершину погода уже начала портиться. Пошёл дождь перешедший в снег. Насквозь промокшие ребята начали замерзать. Началась настоящая пурга. Что это такое я знаю не по рассказам. Как раз 2-го мая этого года мы в тройке прошли этот же маршрут. Причём предполагался спуск по кулуару на с-з, но уже началась метель и мы побоялись, что не найдём кулуар. Начали спуск по пути подъёма. Кто знает, что такое спуск в тройке по такому маршруту в непогоду, поймёт наше напряжённое состояние. Видимость стала пол верёвки, снег и ветер слепят глаза, рёв ветра мешает голосовой связи. В результате подъём 4 часа, спуск 7 часов. Мы были молодыми и самоуверенными.

Палатку поставили на стрелке, считая, что придём в неё с с-з.

Прямо от неё и началось наше восхождение.

Итак в 11часов вечера мы сошли с ребра. Снег валит. Мы уже 14 часов в движении. Наш третий «храбрец» рвётся идти в палатку. Через скандал убедил его, что в такой пурге да ещё ночью мы палатку не найдём. Нам повезло. На озерце выкопана пещера и в ней наблюдатель группы Валерия Попова, который делает траверс «пилы СОАНа». Они идут за нами в 2-х часах. У нас выбора не было. А у них палатка и примус и они, уж не представляю как, устанавливают палатку. К утру всё успокаивается, и они весело спускаются к пещере.

Какое блаженство вползти в такую непогоду в пещеру!

Мы были одеты тепло, почти по-зимнему. Были уставшими, но переохлаждение нам не грозило, ведь мы были почти сухими. Как сумели ангарские ребята насквозь мокрые так долго продержаться удивляет. Видимо страх более высокого порядка - сорваться с отвесных скал, заставлял организм концентрироваться на правильном движении и охлаждение отступило на задний план.

Вот они спустились с ребра на осыпь. До палатки 50 м. Её иногда видно в снежных разрывах. И здесь Гена теряет сознание. Двойка Никонов-Черемных тоже запоздала со сходом со стенного маршрута. Виктор рассказал мне, что их состояние было не намного лучше, чем у погибших.

Они только недавно забрались в палатку. Услышав крики, они поднимаются к погибающей группе и ценой невероятных усилий приносят Гену в палатку. Раздевают его, растирают спиртом, укутывают его и стараются привести в чувство.

В момент, когда они подошли к группе, остальные трое участников выглядят вполне прилично. Максимов физически очень сильный мужчина на вопрос дойдёт ли он до палатки отвечает, что да. А Ражеву должна сопроводить Тамара, которая чувствует себя вполне жизнеспособной.

Виктор и Толя, занятые Геной, забывают о Максимове. Кажется, в 4 часа утра Гена умирает. Тогда ребята спохватываются, что Максимов не пришёл. Выскакивают из палатки и кричат, но видимости в снежной пурге никакой. На крики никто не отвечает.

Тамара, оставшаяся с Ражевой пытается уговорить её идти к палатке, но та не хочет и просит оставить её в покое. Тамара пытается силой заставить её идти, но та вдруг обнаруживает такую силу и дерётся. А Тамара, девушка не хрупкая, ничего не может с ней поделать. Так Тамара и провозилась с Ражевой до 4-х часов, пока девушка не умерла.

Тамара приходит в палатку, когда, кажется, Гена уже умер.

Рано утром Тамара спешит в Аршан. А Виктор и Толя в 30-и метрах от палатки обнаруживают Максимова. Он сидит мёртвый, как будто присел отдохнуть. Наверное, в пурге не смог найти палатку. Кажется, у все трёх медицинское заключение смерть от переохлаждения.

Это не то, что замерзание. Рассказ Тамары о том, что Ражева дралась и не хотела идти, показался и мне и потом на комиссии по расследованию несчастного случая каким-то диковатым.

Только через несколько лет я в «Ежегоднике Советского альпинизма» прочитал статью о работе Альпийской спасательной службы. Там был эпизод, когда вертолёт снимал с маршрута умирающего от переохлаждения человека.

Он отчаянно дрался и просил оставить его в покое. Только трое мужчин сумели его связать и поднять в вертолёт. Он благополучно выздоровел.

Причина трагедии легкомысленное не адекватное отношение к опасностям, связанным с особенностями летней Саянской погоды.

Мы помним этих ребят, и будем помнить до смерти.

Их гибель может служить предупреждением новым поколениям.

В связи этим один эпизод. В а\л Безенги есть в «кармане» боковой морены поляна Миссес-Кош, где похоронены альпинисты погибшие в горах Безенги. В одном из заездов нач. спасом был Борис Левин, так вот он вместо стандартной лекции привёл нас на эту поляну и сказал: Эти ребята были сильнее и опытнее вас и всё-таки они здесь, потому что однажды пренебрегли осторожностью.

Базовый лагерь


Установка лагеря


Изготовление шестов


СОАН ю-в ребро и стена


Первые часы движения


У места временного захоронения


Упаковка началась. Максимов ждёт своей очереди


Продолжается


Без слов...


Как вспомню, так вздрогну


Отдышиваемся


Просвет в бесконечных курумниках


Здесь мы выдохлись



yuriy kuznetsov


Евгений ТютринСпасибо Юрий, мои выводы я надюусь будут правильными...
12.09.2008, 16:03:29 |
Олег БашкатовМ-да... Хочется добавить, что через много лет в 2005 г., не зная о случившемся, мы с Виталием Мазуром останавливались в этом цирке на втором озере. Место конечно потрясающее, но во всем окружающем чувствовалось что-то особенное, как будто все пропиталось случившейся трагедией. Просто мистика какая-та.
26.03.2009, 12:00:48 |
yuriy kuznetsovОлег, вот те раз! Мир и правда тесен.
Много общался с Виталием, работая в СибИЗМИРе.
Ходили с ним зимой через Чёртовы ворота, на Соболинные озёра.
Много бегали на лыжах.
26.03.2009, 14:06:36 |
Олег БашкатовИркутск, говорят - большая деревня. Не прямо, так косвенно, ну в крайнем случае общие хорошие знакомые. Меня с ним тоже свел обший знакомый по НИИФТРИ - Макаров Леонид Иннокентьевич. Мысли и впрямь материальны! Пока писал комментарий позвонил Виталий. Привет Вам от него.
26.03.2009, 17:05:14 |
Александр ТагильцевСтранно всё. Как будто хотели умереть все и именно в 4 утра.
15.03.2010, 17:37:17 |
yuriy kuznetsovАлександр Тагильцев

"Странно всё. Как будто хотели умереть все и именно в 4 утра."

Думаю, здесь чистая фихиология. Как классический марафон начинается после 35-го километра, потому что до этого энергия вырабатывается, примитивно говоря, из съеденной пищи, а после 35-го начинается самопоедание. К 4 часам кончился ресурср примерно у всех одновременно, усугубляющие факторы: запредельное физическое напряжения, холод, сильнейшее психическое напряжение, попросту страх.
35-й километр испытал на себе десятки раз, и, конечно не я один.
Вообще об этом явлении в спортивной медицине сказано много.
15.03.2010, 19:53:34 |
Александр ТагильцевЖалко их, молодые еще были. 25, 33 и 34 года, самый сок, и так умереть...
16.03.2010, 02:29:22 |
Сообщения могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Для регистрации или входа на сайт (в случае, если Вы уже зарегистрированы)
используйте соответствующие пункты меню «Посетители».

На главную