Природа Байкала |
РайоныКартыФотографииМатериалыОбъектыТурыИнтересыИнфоФорумыПосетители

Природа Байкала

Я думала, что мы с Серёгой больше никогда не пойдём в поход вместе. Он повзрослел, отошёл от турклуба, стал собирать своих друзей и водить их на Байкал сам, чего я и боялась после нашего разлада в Саянах. Ему нравилось быть лидером, руководить, а мы видели в нём только капризного подростка. Я его потеряла как единомышленника. Его матушка обвиняла нас с мужем за то, что мы его приучили к бесполезному шатанию по горам, и что он теперь ходит туда потискать в палатке девчонок, тратит деньги на всякую ерунду (верёвки, железки), что всё лето не помогает по дому и в огороде, а бродит неизвестно где и неизвестно с кем. Мы чувствовали себя виноватыми, просили Серёгу не обижать маму (она одна поднимала его и сестру), но он только отшучивался: "сами же приучили к походам, радуйтесь теперь, что я не с наркошами в парке всё лето".

Когда началась зима, меня в очередной раз потянуло покататься на лыжах. Дожидаясь весны, когда день станет длинней и теплей, готовясь к лыжному марафону, я в свободное время тренировалась на правом берегу Ангары, методично накатывая километры, и однажды встретила там классного руководителя Серёги, школьного психолога, учителя английского языка, коллегу и друга нашей семьи, Ивана Владимировича Коваля. Слово за слово, и оказалось, что он тоже иногда катается, и не прочь сходить на Комар, есть такой популярный хребет на Хамар-Дабане, по которому всегда проложена лыжня любителей марафонов.

Иван обрадовался моему предложению, и сразу согласился, а Серёгу он пригласил сам в качестве якобы своего попутчика и проводника по неизвестному для него маршруту. Психолог! Но Серёга ж не дурак, по незнакомым для него местам зимой не поведет неискушенных в лыжном туризме людей, поэтому они с Иваном «приняли решение проконсультироваться со мной», а я уже, как бы невзначай, напросилась в их компанию. Ах, мужчины, если бы вы знали, кем и как иногда принимаются «ваши и только ваши» решения….

Я с радостью уступила Серёге роль неофициального руководителя. Он по-взрослому рассказывал Ивану о наледях и застругах, о Старомонгольской вьючной дороге, об Иване Похабове, который прокладывал здесь дорогу в 16 веке, и истории Горелой и Казачьих полян. Он учил Ивана как безопаснее перейти через тёплый ключ, как правильно спускаться и подниматься по склону. Я молча ликовала и боялась вставить слово, чтобы не испортить его важную роль. Мы с Иваном заранее договорились – если он будет курить при нас – чёрт с ним, пусть курит, скоро 18... Но он не курил! И это было удивительно.

До Горелой поляны мы дошли часа за три. Именно дошли, а не добежали, потому что мы с Серёгой были на широких туристских лыжах, а Иван, хоть и на беговых, но целью себе не ставил нестись впереди паровоза. В сторону ГМС была лыжня, а в сторону хребта Комар – лыжни не было. Если идти через ГМС – это дальше. Мы можем не успеть вернуться в Слюдянку к вечерней электричке. К тому же, будет ли на хребте лыжня – тоже неизвестно, ведь она может идти только до ГМС. Иван вопросительно смотрел на меня и Серегу: «Куда идём?» Я знала, что наверху есть зимовье, (в случае чего, можно там заночевать), но молчала об этом. Пусть наш свежеиспеченный «начальник» думает. Как он скажет, так и сделаем. Пусть почувствует, каково принимать решение, когда от него зависит безопасность людей. Серёга не растерялся, предложил тропить до верха хребта. А там будет видно: есть лыжня – покатим дальше, нет лыжни – вернемся либо на ГМС, либо обратно к Слюдянке. Ладно, веди.

Тропили долго. У Ивана – беговые лыжи, он тропить не может, проваливается в снег. Идёт сзади и робко причитает, дескать, вернуться бы надо. У нас с Серёгой – лыжи широкие, нам проще тропить, и мы молча сопим по снегу. Причём, Серёга первый. Взмок весь, но мне не уступает лыжню. Да я и не напрашиваюсь – подумает ещё, что я командую. На одном из подъемов у Ивана отстёгивается лыжа, а когда он её выкапывает из снега, оказывается, что отлетела дужка - крепление к ботинку, и утонула в сугробе. Эх, это наше упущение – не подсказали, что дужки-то надо привязывать шнурочком. Покопавшись в снегу и, конечно же, ничего там не найдя, Иван вздохнул:

- Ну вот, у меня вечно так. Ладно, ребята, вы уж идите кататься, а я назад потихоньку поплетусь. Куда мне теперь по сугробам без лыжи-то….

- Да не дойдёшь, Иван, снег глубокий, давай думать, как лыжу привязывать будем.

- Нет-нет-нет! Не уговаривайте даже. Это мне знак свыше, ангел мой говорит – нельзя тебе, Иван, дальше. Пойду сам назад, а Вы за меня не беспокойтесь.

Мы с Серёгой переглянулись и прыснули в варежки: интересно, он серьезно это говорит? Иван действительно не понимал, что не дойдет без лыж. И что никто не собирается его одного отпускать назад в Слюдянку. Сняв вторую лыжу, и сделав один только шаг, он провалился в снег по самые уши. Вылез, отряхнулся, сделал второй шаг и «утонул» еще глубже. Мы над ним хохотали, упав на рюкзаки, и это было для него большой жестокостью с нашей стороны, потому что он-то испугался не на шутку. Пройдено около 20 км, впереди – ещё больше, а он беспомощен, как связанный по рукам и ногам пленник. Скоро смех утих, и Серёга начал успокаивать Ивана, крутя его лыжу в руках:

- Сейчас, что-нибудь придумаем, Вандимыч (Иван Владимирович), будьте спок….

Покрутив его лыжу, достал бинт из аптечки, и, туго прибинтовав Иванову ногу прямо к лыже, сказал:

- Идём дальше.

Оба на! Вот это поворот! Тут уже надо вмешаться! Куда нам с «инвалидом» на одной скользящей лыже по почти 30-километровому спуску? Серёга ведь не знает про наличие зимовья, а значит, должен понимать, что есть опасность застрять здесь на ночь при таком раскладе обстоятельств. А у нас и палатки нет. Иван против такого решения, собирается поворачивать назад. Я не вмешиваюсь, только подмигиваю потихоньку Ивану, мол, не волнуйся, всё будет хорошо. Спрашиваю Серёгу:

- Ты уверен? Можем серьёзно застрять, - на что он мне важно так и обстоятельно, по слогам, объясняет:

- Ма-ри-на Ми-хай-лов-на! Вы такой знаток Хамар-Дабана, только не притворяйтесь, что Вы не знаете той зимухи, что в пяти километрах отсюда! Сейчас дойдём до неё, пообедаем, и лыжу там наладим. А вверх по склону ему на бинтах будет еще класснее, чем нам идти.

Та-ак. Значит, он всё-таки, подготовился к походу серьёзнее, чем я ожидала. Вот и про зимовьё разузнал у кого-то. Молодец!

- Зимовья может и не быть. Вдруг спалили? Или снегом следы занесло к нему? Или не найдём. Ты его сам-то видел когда-нибудь? – спрашиваю.

- Если его не найдем, то по своим же следам вернемся на ГМС, время позволяет. Вандимыч, короче, идём, да.

Иван, переглянувшись со мной, вздохнул:

- Ну, смотрите, ребятки, если что…. Я ведь могу и вторую лыжу сломать…

Вскоре мы поднялись на хребет, и пошли по хорошо укатанной лыжне, (здесь она уже появилась), которая тянулась по верху Комара от ГМС до Слюдянки. Потом посыпал снег большими хлопьями и стал засыпать лыжню. Но это было даже хорошо, потому что свежий снег уменьшал скорость на спусках, и малоопытному «горнолыжнику» на забинтованной лыже было легко тормозить. Он даже попросил перебинтовать ему и другую лыжу, чтобы не было скольжения на второй ноге. В зимовье мы пообедали, но ночевать не остались, побежали дальше, рассчитывая даже успеть на вечернюю электричку в Иркутск. Чтобы Иван не переживал, что мы не дойдём, я открыла секрет, что километрах в семи - десяти есть ещё одно зимовьё. Услышав это, Серёга усмехнулся:

- Ну, Вы и хитрая же лиса, Михална.

Последние километров десять нашего марафона давались уже очень тяжело. Особенно Ивану. Здесь на спусках не было снега, а только набитый укатанный лед, на крутых серпантинах которого часто встречались обломки лыж, окровавленные лоскутья рваных рубашек, хромающие с лыжными палками вместо костылей, но хохочущие, «марафонцы», и тому подобные свидетельства драматических событий этого выходного дня. Серёга эти опасные серпантины упрямо проезжал на лыжах, рискуя улететь в небо на очередном повороте. Я шла здесь пешком (это, кстати, получалось, намного быстрее). Иван, охая и причитая, летел вниз по склону не стоя, а сидя или лёжа на своих прибинтованных к ногам лыжах и всё приговаривал:

- Ой, как хорошо, что у меня лыжи-то прибинтованы, ой, как хорошо… А может и плохо… Ой, кажется, очень плохо…, - а когда мы останавливались на перекус и доставали из рюкзака термос, он закутывался в бабушкин шотландский плед и задумчиво повторял:

- Во, дурак старый, куда попёрся?

Но это был не последний его лыжный поход по Хамар-Дабану, а только начало наших ежегодных лыжных приключений...


Марина Васильева (Красноштанова)


Sergey VОтличная затравка перед началом сезона! А комар то нетропленый еще...
10.11.2016, 22:39:59 |
Константин Суханов

...на крутых серпантинах которого часто встречались обломки лыж, окровавленные лоскутья рваных рубашек, хромающие с лыжными палками вместо костылей...


Круто! А замёрзшие трупы на лыжне валялись, хотя бы изредка?
11.11.2016, 01:37:06 |
Ирина Дмитроченкова

  Константин Суханов:   ...на крутых серпантинах которого часто встречались обломки лыж, окровавленные лоскутья рваных рубашек, хромающие с лыжными палками вместо костылей... Круто! А замёрзшие трупы на лыжне валялись, хотя бы изредка?


Вау!
11.11.2016, 05:37:42 |
Юрий КузнецовКонстантин, нравится мне Ваша ирония, часто точная и язвительная.
11.11.2016, 08:10:41 |
Владимир ПрадедовОбломки лыж встречаются на Хамар-Дабане не так уж и редко. Хорошо это видно летом там, где зимой проходит лыжня. А хромающие лыжники - я и сам был в этой роли: спуски на Комаре! Если нет свежего снега, то... Мой товарищ, неплохой лыжник в отличие от меня, на этих спусках коленом так приложился, что в гипсе проходил почти полтора месяца.
Зимовий на всём расстоянии от метеостанции до последнего спуска сейчас нет, поэтому поломка лыжи может обернуться серьёзной проблемой.
Впрочем, пока не попадёшь в такую ситуацию, всё это кажется рассказами про других, а не про тебя.
11.11.2016, 10:25:05 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Константин Суханов:   Круто! А замёрзшие трупы на лыжне валялись, хотя бы изредка?



Константин, спасибо за юмор! Лично я, в отличие от Юрия, не вижу в этой фразе язвительной иронии.
Кто катался по этому серпантину весной, когда там не снег, а лёд и камни, тот знает, сколько там можно встретить хромых, забинтованных и со сломанными лыжами.

  Владимир Прадедов:   Впрочем, пока не попадёшь в такую ситуацию, всё это кажется рассказами про других, а не про тебя.


Это точно... Добавлю уж тогда и про себя :)

Спустя лет десять после этого похода, я тоже там получила серьёзнейшую травму (разрыв коленной связки), причём даже не на серпантине, а на спуске от ГМС к перевалу Горелой. Налетела на торчащий сучок и кувыркнулась. И выходила на одной ноге и палках, с импровизированным гипсом. Между прочим, были мысли, что упаду в обморок от боли и замёрзну. Вышла фактически "на зубах". Труднее всего было спуститься по серпантину на одной ноге и палках.
Так что, трупы вполне вероятны при определённых обстоятельствах. Вон, в октябре, даже у Орлёнка, говорят, труп нашли...
11.11.2016, 13:22:58 |
Юрий Кузнецов

  Владимир Прадедов:   .Впрочем, пока не попадёшь в такую ситуацию, всё это кажется рассказами про других, а не про тебя.


Вообще-то на сайте немало людей, которые попадали в такие ситуации, в которые Вам не попасть никогда, так что не стоит поглядывать на них с превосходством «бывалого».
Мы на этом серпантине никогда не катались, мы по нему спускались в течение сорока лет при традиционных 3-х – 4-х пробегах по Комару за зиму.
Однажды жена сломала ногу в голени. Я кстати на спусках по сравнению с ней неуклюжая коряга. Но зато и веду себя осторожней. Как-то в середине ноября открывали пробег по Комару. Совсем мало снега. Метров чрез пятьсот после «трубы» двухсотметровый крутячок. Я съехал аккуратно, а жена помчалась, а снега мало, он пушистый, на остром камне лыжа продавила снег и жена полетела через голову. Когда её подняли, оказалось, что она не может ступить на ногу. Как мы довели её до собственно серпантина целое пособие по транспортировке пострадавших при трёх особях мужеского пола.
А спуск по серпантину придумала жена. Мы посадили её на телогрейку и волоком тащили её не по серпантину, а прямо вниз по лесу пересекая ветви серпантина. Не описанный ни в каких пособия по транспортировке,
но единственно возможный в той ситуации способ.
Но описанных ужасов за сотню пробегов не встречали никогда.
Константин потому и иронизирует, что никогда не попадёт (и не попадал в ситуацию с обломками лыж, окровавленных лоскутьев рваных рубашек и прочих ужасов…) Дома нужно сидеть или по-настоящему учиться держаться на спусках где-нибудь на окраинах города.
11.11.2016, 18:32:12 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Юрий Кузнецов:   Константин потому и иронизирует, что никогда не попадёт (и не попадал в ситуацию с обломками лыж, окровавленных лоскутьев рваных рубашек и прочих ужасов…)



Чтобы окровавить рубашку достаточно разбитого носа, или поцарапаться о сучок во время падения, что тут такого неординарного?
А обломки лыж достаточно часто встречаются не только на Комаре, но и на трассе БАМа.
И уж кому ли, как не Вам не знать, сколько людей ходят на лыжах без элементарной аптечки, а лыжи ломают... частоколы стоят к весне. Снег растаял - урожай обломков палок и лыж. Не видели, что ли никогда? Может, просто, не замечали?

Думаю, что и Константин видел, как лыжи ломают, и носы разбивают, и ноги выворачивают, и не раз :-)
11.11.2016, 18:49:13 |
Константин Суханов

  Владимир Прадедов:   Впрочем, пока не попадёшь в такую ситуацию, всё это кажется рассказами про других, а не про тебя.


Возможно, и так. Однако в своё время мы много лет (вернее, зим) фанатично бегали-тропили Комар. Так, между походами. Причём, по тропе не спускались - только серпантин! К ГМС с Кяхты тоже, кстати, никто пешком не ходил. Все спуски на лыжах. Бывало даже, когда спуск сильно нравился из-за снежных условий - поднимались и спускались серпантин повторно. Нас тогда довольно большая компания ходила. Но вот как-то никто не попадал в ТАКИЕ ситуации. Да и лыжи, со времён начала пластика, не ломались. Может, случайно? - теперь думаю, нет. Закономерно. Хорошая подготовка была, всего лишь. И мы тогда не были СТАРЫМИ!
11.11.2016, 20:52:21 |
Юрий Кузнецов В названии темы есть двусмысленность.
Толи руководителем школьного класса, толи большим мастером в своём деле. Или два в одном.
11.11.2016, 20:58:05 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Юрий Кузнецов:   Дома нужно сидеть или по-настоящему учиться держаться на спусках где-нибудь на окраинах города.

  Константин Суханов:   Хорошая подготовка была, всего лишь. И мы тогда не были СТАРЫМИ!



Учиться больше не у кого в этом мире, факт. :-)
Только не говорите, что никогда не видели чужих сломанных лыж ни на одной трассе.

  Юрий Кузнецов:   Толи руководителем школьного класса, толи большим мастером в своём деле.



Толи среди нас не было. Были Сергей, Иван, Марина :-)
11.11.2016, 22:28:09 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Константин Суханов:   Причём, по тропе не спускались - только серпантин! К ГМС с Кяхты тоже, кстати, никто пешком не ходил. Все спуски на лыжах. Бывало даже, когда спуск сильно нравился из-за снежных условий - поднимались и спускались серпантин повторно.



Это когда хорошие снежные условия, тогда можно там и на лыжах. Мы тоже так катались - по пухлячку, по не разбитой лыжне, по весеннему глубокому мягкому "пластилинчику". Не думаю, что по льду Вы бы там поехали на лыжах. Не верю.
11.11.2016, 22:43:01 |
Константин Суханов

  Марина Васильева (Красноштанова):   Не думаю, что по льду Вы бы там поехали на лыжах. Не верю.


Да и не верьте. А ведь ездил.
11.11.2016, 22:47:01 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Константин Суханов:   Да и не верьте. А ведь ездил.



Ну, если как Серёга или Вандимыч из рассказа, то вполне вероятно )))
Вон, даже Юрий и его жена там, по серпантину, только пешком ходили )))
И даже у них были травмы на Комаре, хотя им-то вообще равных нет в мастерстве, тем более среди тех, кто моложе их )))
12.11.2016, 03:40:12 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Юрий Кузнецов:   В названии темы есть двусмысленность.



Забыла сразу написать. Спасибо за то, что заметили. Эта двусмысленность нарочитая. Я имела в виду классного руководителя - Ивана, т.к. он был главным персонажем покатушек по Комару. Но, говоря об Иване, подразумевала Серёгу - он был неформальным, но выдвинутым по согласию всех сторон руководителем, и, в общем-то, классно справился со своей ролью.
Возможно, кто-то прочитает ещё один подтекст. Я его не имела ввиду, т.к. писала этот рассказ в 1992 году, когда была молода и глупа. Но сейчас я этот подтекст ощущаю. Классный руководитель - это может быть и тот, кто, пытаясь вернуть пацана в турклуб, срежиссировал этот поход. Это, в общем-то, получилось.
Повторяю, когда я писала рассказ, я имела ввиду простого школьного учителя Ивана Владимировича и его непростого ученика - Серёгу.
Но каждый читающий понимает по-своему.
12.11.2016, 04:02:44 |
Юрий Кузнецов

  Марина Васильева (Красноштанова):     Константин Суханов:   Да и не верьте. А ведь ездил. Ну, если как Серёга или Вандимыч из рассказа, то вполне вероятно )))Вон, даже Юрий и его жена там, по серпантину, только пешком ходили )))И даже у них были травмы на Комаре, хотя им-то вообще равных нет в мастерстве, тем более среди тех, кто моложе их )))


Не ходили мы там пешком никогда, кроме спуска пострадавшей. И не катались, слишком уж напряжённо да с рюкзаком.
12.11.2016, 08:54:38 |
Константин Суханов

  Марина Васильева (Красноштанова):     Константин Суханов:   Да и не верьте. А ведь ездил.


Ну, если как Серёга или Вандимыч из рассказа, то вполне вероятно )))


Марина, я ведь знаю, как спускаются с горок "настоящие" лыжники - в смысле, лыжные туристы. Мы всегда подсмеивались над ними. Так как видели такие группы и на Хамар-Дабане, и в Саянах, и на Алтае. Даже некий словесный штамп установился - "толстые глупые лыжники". И как они тропят, и как долго ходят, и как пешком спускаются. И как палатку ставят на обед. И много ещё чего, что шло вразрез с нашими спортивными походными установками.
12.11.2016, 10:21:24 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Константин Суханов:   Мы всегда подсмеивались над ними.



Вы - это кто? Вы к ним не относились, конечно? )))

  Юрий Кузнецов:   Мы на этом серпантине никогда не катались, мы по нему спускались в течение сорока лет при традиционных 3-х – 4-х пробегах по Комару за зиму.

  Юрий Кузнецов:   Не ходили мы там пешком никогда, кроме спуска пострадавшей. И не катались, слишком уж напряжённо да с рюкзаком.



Так не ходили, или не катались? По небу, что ли пролетали? Или... неужто "лесенкой" спускались? Или шли по срезкам троп, минуя повороты серпантинов?(тоже вариант, но для бесснежья) Не понятно.
12.11.2016, 13:12:55 |
Sergey VВообще-то серпантин ездят на лыжах очень недолго, так как короткий сезон получается. Засыпает его снегом где-нибудь к февралю (за исключением очень снежных зим). А в марте уже начинают камни и земля вылазить. И далеко не каждый, пробежавший Комар рискует спуститься до рельс. 95% бегут по тропе.
Может конечно лет 20-30 назад все иначе было, снега навалом уже к НГ, и весь март и апрель катались ... Мы сейчас ждем всю зиму, когда же можно будет, и получается пару раз проехать всего то
12.11.2016, 23:49:59 |
Марина Васильева (Красноштанова)

  Sergey V:   И далеко не каждый, пробежавший Комар рискует спуститься до рельс. 95% бегут по тропе.


Согласна. И раньше так было. Помню только один раз, когда мы спустились к дороге, было тогда очень снежно.
13.11.2016, 12:53:10 |
Сообщения могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Для регистрации или входа на сайт (в случае, если Вы уже зарегистрированы)
используйте соответствующие пункты меню «Посетители».

На главную

Www.planetalanguages.ru
Простая методика обучения английскому языку www.planetalanguages.ru
www.planetalanguages.ru