Природа Байкала |
РайоныКартыФотографииМатериалыОбъектыИнтересыИнфоФорумыПосетителиО 

Природа Байкала

авторский проект Вячеслава Петухина

8 НОЯБРЯ 2018 ГОДА - 50 ЛЕТ ПЕРВОВОСХОЖДЕНИЮ НА ЦЕНТРАЛЬНУЮ БАШНЮ ВЕРШИНЫ ТРЁХГЛАВАЯ, ВОСТОЧНЫЙ САЯН, УЩЕЛЬЕ РЕКИ КЫНГАРГА

Вершина Трёхглавая - одна из красивейших вершин Восточного Саяна, расположена в Тункинских Гольцах в гребне между реками Правая Кынгарга и Большой Буготой. Вершина вполне соответствует своему названию и имеет три башни: Южную, Центральную и Северную. Высота на топографических картах по Южной башне указана 2511 м над уровнем моря, Центральная и Северная башни визуально на несколько метров выше. Это третья по высоте вершина района реки Кынгарга, выше неё - не более чем на 40-50 м - лишь пик Аршан и пик 9 Мая.

К настоящему времени на Трёхглавую проложено и классифицировано около 10 маршрутов от 1Б до 4Б категорий.

Центральная башня Трёхглавой
На ноябрьские праздники 1968 года ведущие альпинисты Иркутского Университета в количестве 4-5 человек под руководством председателя секции Валерия Пологрудова должны были поехать на альпиниаду в большие горы то ли во Фрунзе, то ли в Алма-Ату. А нам, четверым начинающим альпинистам, поручили организовать выезд членов альпсекции ИГУ в Саяны, в ущелье реки Кынгарга. Мы - это мой ровесник и одногруппник Виктор Егоров, с которым впоследствии достаточно много вместе ходили в горы и продолжаем дружить до сих пор; третьекурсники Александр Петров и Юрий Ривин, которые уже успели отслужить в армии. Виктор Егоров и я к осени 1968 года были, по меркам того времени, уже достаточно опытными альпинистами, нам было по 18 лет, летом съездили в альплагерь, где сходили на вершину 1Б категории и получили документ о присвоении нам звания «Альпинист СССР». У Петрова и Ривина был «третий чистый» разряд. Для нас четверых это был первый выезд в Саяны.

Заскакивая вперёд, скажу, что в альпиниаде участвовало не менее 67 человек. Я и тогда, и сейчас хорошо понимаю, что с нашим «богатым опытом» при такой группе мы провалили бы проведение этой альпиниады. Набравшись же опыта в ноябрьской Кынгарге, впоследствии мы вчетвером без труда водили группы по 60-70 человек в новые районы в Саяны на майские и ноябрьские праздники (Ганга-Хайрым ноябрь 1970-го и т. п.).

На ноябрьскую альпиниаду 1968 года записалось человек 60-70 новичков. До этого на альпиниады в Саяны от ИГУ выезжало не более 20-25 человек, включая старших разрядников. Чтобы как-то уменьшить количество участников на альпиниаде, мы стали постоянно, 1-2 раза в неделю, проводить собрания под лозунгом «Кто на собрание не придёт, тот на альпиниаду не поедет». К нашему ужасу, приходили все. И так собрание за собранием. Но вот, на наше счастье, в конце октября, уже не помню по какой причине, поездка Пологрудова с компанией на Тянь-Шань сорвалась, и у нас появился реальный руководитель, к тому же хорошо знающий район.

Хочется рассказать, какое снаряжение было в те годы у участников восхождений в Саянах, когда на ноябрьских альпиниадах к утру температура опускалась до минус 25 градусов, а днём была не выше минус 12-15 градусов. Пуховок тогда ни у кого ещё не было. Из «пуха» на альпиниаде был единственный пуховой спальный мешок у Валеры Пологрудова. Этот американский пуховой спальник непонятными путями попал в Иркутск, видимо, по ленд-лизу. На восхождение, даже в ноябре, мы надевали пару свитеров и поверх - штормовку.

Многие из нас в качестве спальных мешков использовали тяжеленные ватные полутораместные геологические спальники. В таком спальнике обычно спали вдвоём, и лежать можно было только на боку, а сам спальник занимал почти весь рюкзак. Один человек нёс спальник, а его напарник по спальнику - продукты и снаряжение на двоих. Большая проблема была и с обувью. На кафедре физкультуры ИГУ имелось пар 15-20 поношенных ВЦСПСовских триконей, которые были очень удобны для восхождениях в Саянах, а также пар пять триконей, которые использовали немецкие солдаты горнострелковых частей «Эдельвейс» во время Великой Отечественной Войны и которые достались Советскому Союзу как военные трофеи, а затем были переданы на кафедру физкультуры ИГУ. Помнится, что обычно в немецких триконях на альпиниадах в Саянах ходил Женя Карнаухов. Оставшаяся без «триконей» вторая половина альпиниады ходила в так называемом «туристическом вибраме» - десятирублёвых ботинках, предназначенных в лучшем случае для несложных летних походов с плохонькой подошвой «под вибрам». Но другого тогда не было.

Для того чтобы нам всем попасть в Тункинские Гольцы, многое сделал завкафедрой физкультуры ИГУ Трифонов Б. Он относился к альпсекции очень благожелательно и помогал чем мог, договорился с Ректоратом о выделении нам нескольких машин для перевозки в Аршан, мы же ещё немного доплачивали водителям. Чтобы выиграть лишний день в горах, выезжали из Иркутска часов в 12 ночи от первого корпуса ИГУ. В этот раз нам выделили автобус КАВЗ мест на 20, а также два ГАЗ-51 с будкой типа милицейских воронков, где нормально могло разместиться с рюкзаками человек 14, не более. Выехали часов в 11 вечера 6 ноября от первого корпуса ИГУ, набившись под крышу вместе с рюкзаками в эти три небольшие для такой группы автомашины. Под утро приехали в Аршан, решили позавтракать в местной столовой. Сотрудники столовой, впервые столкнувшись с одномоментным обслуживанием такой большой группы, впали в панику и, чтобы не ошибиться, решили недодать нам сколько-то порций супа, 25-30 порций второго и, как сейчас помню, 67 порций блинов. Тогда один из нас, а именно Сергей Паламарчук, взял в столовой книгу жалоб, подозвал участника альпиниады студента-журналиста Якова Крома, у которого в руках была большая кинокамера, и стал писать в книге жалоб: «В этот праздничный день 7 ноября мы, студенты ИГУ, до глубины души возмущены поведением сотрудников столовой, которые недодали нам 67 порций блинов и т. д.». Яков в это же время имитировал съёмку кинокамерой. После такого демарша мы получили всё, вплоть до последнего стакана чая...

Позавтракав в столовой, пошли вверх по Кынгарге через мостик на первом водопаде (дорогу в обход через «Аннапурну» мы тогда ещё не знали). Чуть выше водопада, на обледенелой плите, даже пришлось повесить «перила». К вечеру пришли на развилку рек Правая и Левая Кынгарга. Но мы были не первыми - стоянка перед зимовьём уже была занята, и нам пришлось подняться чуть вверх по Левой Кынгарге, до первого бокового ручья. Там уже стояли ангарские альпинисты, но нашлось место и нам.

Вечером Валера Пологрудов распределил, кто куда пойдёт на следующий день, 8 ноября. Сам он, плюс Баранский Володя, Карнаухов Женя, Фисюк Юрий и Хуторянский Виталий пошли на маршрут - ныне популярная 2Б Андрея Михайлова «Трёхглавая (Северная–Центральная траверс) по СВ ребру».

Я и остальные пять участников - Месяц Света, Сахарова Тома, Стом Дэвард и Ривин Юра - попали в группу под руководством Паламарчука Сергея, на ныне маршрут «Южная и Центральная башни Трёхглавой» 1Б к.т. Эмоционально для меня эта «единичка», продолжительностью восхождения около 17 часов при температурах минус 15-20 градусов, и плюс эта первая моя альпиниада в Саянах сопоставимы в каком-то смысле с восхождением на хорошую «пятёрку». Да, и помнится, группа Пологрудова собиралась описать пройденный ими маршрут как «четвёрку». Все в нашей группе были старше меня года на три-четыре, имели «чистый» третий разряд, только у меня был «значок».

Из лагеря вышли около 8 часов утра. Поднимались не как принято сейчас, из цирка Трёхглавой, а по небольшому ручью несколько ниже слияния рек Левая и Правая Кынгарга, в створе которого хорошо видна вершина Южной башни.

Верховья этого ручья лавиноопасны. В 1966 году там в лавине погиб турист, поэтому мы сразу стали подниматься на гребень, ведущий к Южной башне. Вскоре Тамара стала отставать от группы и решила вернуться назад. Надо было кому-то сопровождать её вниз. Медленно шла и Света Месяц, но никак не хотела возвращаться в лагерь. Тогда наш руководитель Сергей Паламарчук предложил решить этот вопрос на спичках: сделал одну спичку короче ОСТАЛЬНЫХ и протянул ПЯТЬ спичек в первую очередь Светлане.

И вот вытягивает она короткую спичку, и тут же Паламарчук говорит Светлане: «Не судьба» - и выбрасывает оставшиеся спички с обрыва. Много позднее я понял, что, вероятнее всего, все спички Сергей сделал короткими, но проверить это Светлане было уже невозможно. Где-то около года тому назад, при случайной встрече с Сергеем Паламарчуком (живём в одном районе), я напомнил ему этот эпизод, и он ответил, что историю со спичками не помнит. Может быть, и вам когда-нибудь эта история со спичками пригодится.

Поднялись вчетвером на Южную башню, поменяли в вершинном туре записку, поели и спустились на перемычку к основанию Центральной башни. Шли мы, прямо скажем, не быстро, сказывались ночной переезд без сна в машинах, куда нас набилось как селёдок в бочке, и тяжёлые рюкзаки при подходах в предыдущий день.

На Центральную башню поднимались не по гребню, как ходят сейчас, а по заснеженным полкам западного склона, и только в 17:45 Сергей Паламарчук первым из нас поднялся на вершину. Через несколько минут подошли и мы. В этот момент солнце как раз уходило за линию горизонта. Была, конечно, радость от восхождения, но стало чуть-чуть тоскливо, что придётся спускаться ночью.

На вершине Центральной башни мы не нашли никаких следов пребывания на ней людей, то, что кто-то на ней был до нас. Поэтому я полагаю, что нам очень повезло, и мы совершили первовосхождение, да ещё на такую красивую вершину, как Трёхглавая.

Трёхглавая

Поднявшись на Центральную, посмотрели в сторону Северной вершины Трёхглавой и увидели там группу Пологрудова, которая, как и мы, к 6 часам вышла на вершину (Северной башни). Предположили, что они будут спускаться по пути подъёма, но с удивлением увидели, что они стали быстро двигаться по снежнику в сторону Центральной башни.

На следующий день мы узнали от Пологрудова, что на Северной вершине был найден тур и в нём - слипшаяся записка. Удалось прочесть только, что это были ангарчане, и год 1963-й или 1964-й, сейчас уже точно не помню. Полагаю, что первовосхождение на Северную совершили ангарчане, а первопрохождение траверса Северная-Центральная - группа Пологрудова. Описание этого маршрута составил Андрей Михайлов, который первым повторил маршрут Пологрудова уже чуть ли не в декабре 1968 года.

В группе Михайлова был наш руководитель Сергей Паламарчук.

Спускаться с Центральной башни нам пришлось уже в полной темноте. Фонариков не было ни у кого, так как выпускавшиеся тогда батареи были очень малой ёмкости и достаточно тяжёлые, и хватало их ненадолго.

Было полнолуние, но Западный склон Центральной башни, по которому мы спускались, закрывал лунный свет, и нам пришлось спускаться в полной темноте по заснеженным полкам западного склона к перемычке между Центральной и Южной башнями. Спустившись на перемычку между Центральной и Южной башнями, к верхней части кулуара, мы увидели фантастическое зрелище: огромный заснеженный кулуар между Южной и Центральной башнями, окаймлённый по бокам высоченными гранитными стенами, был большей частью в тени, но весь заснеженный восточный цирк Трёхглавой, а также верхняя часть этих гранитных стен и нижняя часть нашего кулуара светились от света восходившей огромной луны – было полнолуние. Сергей ледорубом пробил снежный козырёк карниза в верхней части кулуара, и дальше - бесподобный длинный-длинный спуск на «пятых точках» в восточный цирк Трёхглавой. Опыта такого бобслея у меня ещё не было, я спускался по жёлобу третьим и сподобился копчиком «поймать» камень.

После бобслея в кулуаре пошли вниз, сначала по безлесному восточному цирку Трёхглавой, где от луны было светло как днём, а далее - по кустам и лесу без тропы, уже еле волоча ноги, и около часа ночи - возвращение в лагерь. Через час-полтора по нашим следам вернулась в лагерь и группа Пологрудова. Все были вымотаны, но никто не поморозился, хотя утром температура была ниже минус 20, да и днём было где-то минус 15°С...

Ещё немного истории. В октябре 1968 года отмечалось 50-летие образования Иркутского Университета. Под этот юбилей мы и «выбили» деньги на проведение ноябрьской альпиниады и пообещали переименовать Трёхглавую в вершину «50 лет Иркутскому Университету». Где-то в декабре 1968 года один из участников альпиниады, студент факультета журналистики Яков Кром, опубликовал большую статью в газете «Иркутский Университет» об альпиниаде и фотографию вершины с подписью: «Вершина «50 лет Иркутскому Университету». Надеюсь, что экземпляр этой газеты сохранился в библиотеке ИГУ. Деньги на альпиниаду мы успешно потратили, но новое название, к счастью, не прижилось. Как было принято тогда, дополнительно, после выбора названия для вершины, группа Пологрудова занесла на Центральную башню капсулу с вымпелом и вышитой на нём надписью: «Вершина «50 лет Иркутскому Университету».

Поясню, почему в «Классификаторе маршрутов на горные вершины» годом восхождения на Южную башню указан 1976 год. До конца 1969 года восхождения в Саянах, из-за относительно небольшой высоты гор, не считались альпинистскими, и значит, не принимались к зачёту на разряд. После обращений Иркутской Федерации альпинизма во Всесоюзную с предложением считать Восточный Саян альпинистским районом, в августе 1969 года с инспекторской проверкой приехали известнейшие альпинисты, многократные чемпионы страны по альпинизму - Виталий Абалаков и участники его команды Яков Аркин и Кизель. Они посетили ущелья Зун-Хандагая и Кынгарги. Район им показывали Виктор Белоусов («Старый»), Юля Воскресенская, «значкисты» из Университетской альпсекции братья Леонид и Сергей Немчины, Николай Леонов, возможно, был кто-то ещё.

После этого, в конце 1969 года, Всесоюзная Федерация альпинизма разрешила принимать к зачёту на разряд восхождения в Восточном Саяне, первоначально - только в зимних условиях, с 1 ноября по 30 апреля. Позднее для Саян зимние сроки продлили до 10 мая.

К 1975 году в ущелье Кынгарги были классифицированы один маршрут 1Б (Братчанка) и несколько маршрутов 2А и 2Б категории. Начинающие альпинисты могли сдать нормативы на «Значок Альпинист СССР», сходив на Братчанку, но при повторном выезде в район Кынгарги для выполнения нормативов на третий разряд не хватало ещё одной 1Б. На третий разряд надо было сходить две разные «единички». К сожалению, больше логичных «единичек» в районе не было, но как-то мне пришла в голову идея классифицировать маршрут «Южная башня-Центральная» как «1Б», хотя в действительности это короткая 2А. Я составил описание на Южную, видимо, в конце 1975-го или весной 1976-го, а дату восхождения указал как 1975 г. Ведь тогда за неофициальные восхождения могли лишить разряда - как говорили, «раздеть до нуля». После присвоения Южной и Центральной башням категории 1Б, в ущелье Кынгарги стало возможным выполнять норматив до 3-го разряда включительно, что многие и делали, всё же Кынгарга - самое доступное ущелье в Восточном Саяне.

Копия описания маршрута размещена на сайте: http://nature.baikal.ru/alp/trehglavaya1b.shtml; фотографии, использованные в описании, сделаны в 1966-1967 гг. кем-то из альпинистов ИГУ.

Сейчас этот маршрут в «Классификаторе» называется «Трёхглавая Центральная через Южную башню» 1Б к.т., 1976 г., рук. Паламарчук С.

В заключение, как это принято в научных статьях, «выражаю благодарность Валерию Пологрудову, создавшему альпсекцию при ИГУ где-то в далёком 1964 году и научившему нас альпинизму».


* В рассказе использованы фотографии авторов сайта - А. Гранина и И. Иванова.

Юрий Немировский


Игорь ВороновЦенная и интересная информация. Спасибо!
17.04.2019, 16:00:51 |
Евгений РензинКлассная статья. Спасибо!
А не знаете, кто такой А.Станевич? Кто с ним ходил и что подразумевается под 1Б на Башню (по западному гребню, которого у Башни нет).
18.04.2019, 01:31:10 |
Александр ВетровЕвгений, вот ссылка http://www.crust.irk.ru/member_111.html
А про его альпинистскую биографию пусть Юра расскажет. Они в одной связке ходили.
18.04.2019, 11:10:53 |
Евгений РензинСпасибо, Александр! Там телефон указан, надо будет позвонить.
18.04.2019, 13:06:03 |
Сообщения могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Для регистрации или входа на сайт (в случае, если Вы уже зарегистрированы)
используйте соответствующие пункты меню «Посетители».

На главную